«Не догадаешься, Светик, милая моя. И хотелось бы поплакаться тебе, да как ты ко всему этому отнесешься, не знаю. Не хотелось бы видеть твой разочарованный взгляд», – подумал Дима, глядя на девушку. «Она ведь почувствовала сразу, что что-то не так. Может быть все-таки рассказать ей?»
– Ну, все, семь минут прошло, доставай градусник. Ничего себе, температурка, тридцать восемь и две. Сейчас принесу тебе таблетку от температуры и врача вызову, а ты лежи. В редакцию тоже сообщу, что ты сегодня приболел, не беспокойся, – она легко вспорхнула с дивана и выбежала из комнаты.
Он не сопротивлялся, наоборот, это сейчас очень кстати, тихо лежать и болеть. Наверное, это он вчера ночью простыл, когда бродил в странном голубом тумане. Днем тепло все еще летнее, а августовские ночи почти уже осенние и холодные.
Дмитрий слышал, как Светлана спустилась на первый этаж, вероятно, вызывать по телефону врача. Потом поднялась к себе в комнату, затем пробежала на кухню.
В приоткрытую дверь комнаты нерешительно заглянула красавица Алиса, сиамская кошка, которую Диме подарили на день рождения соседи.
– Ну, что гулёна, заходи.
Алиса с достоинством, какое может быть только у кошек, подошла к своей миске и недовольно фыркнула.
– Нет там ничего? – спросил Дима. – Сейчас тебя Света чем-нибудь покормит.
Кошка подошла к хозяину, потерлась мордочкой о его руку, засвидетельствовав свое почтение, и снова направилась к двери.
– Куда ты, блудная дочь?
Алиса оглянулась и, гордо задрав хвост, вышла в коридор.
– Ну, как ты? – Света появилась уже в домашнем халатике и с подносом в руках. – Врача я вызвала. Подкрепись, уже обед. Давай, садись. Выпей таблетку и поешь. Я только что курочку сварила, так что вот тебе горячий бульончик, и клюквенный морс. В клюкве есть хинная кислота, она снизит температуру, и тебе сразу полегчает. Ах, какие вы мужчины слабые создания! Как только заболеете, становитесь беспомощными, как малые дети.
– Алиску видела?
– Не беспокойся, я ее уже покормила.
Дима поднял повыше подушку и сел на диване, не вылезая из-под пледа. Света поставила ему поднос прямо на колени. Он запил таблетку морсом, взял чашку с бульоном, и мелкими глотками, чувствуя себя совершенно больным и разбитым, стал пить горячую ароматную жидкость. Забота Светланы позволила ему расслабиться и почувствовать себя как в детстве, когда иногда очень хотелось заболеть, чтобы не ходить в школу, и чтобы мама ухаживала за ним и баловала его разной вкуснятиной.
– Как бы я без тебя, а? Лежал бы тут заброшенный и забытый, – он попытался пошутить.
Девушка только улыбнулась в ответ. На лестнице послышались чьи-то шаги.
– А вот, наверное, и Софья Андреевна! – Светлана выскользнула в коридор, оставив дверь в комнату Димы приоткрытой.
– Добрый день, Светочка, – послышался женский голос.
– Здравствуйте, Софья Андреевна. Как хорошо, что Вы так быстро пришли.
– Что случилось?
– Сама не знаю. У Димы температура за тридцать восемь и больше никаких других симптомов: ни кашля, ни насморка.
Света зашла в комнату вместе с врачом, женщиной бальзаковского возраста, с высокой «бабеттой» на голове. Хотя Дима ни разу не был на приеме у своего участкового врача, он знал Софью Андреевну: Николаевск, поселок маленький, и почти все друг с другом знакомы, хотя бы заочно. Они поздоровались.
Светлана забрала у Димы поднос и поставила его на стол. Софья Андреевна положила свою сумку в кресло, достала из нее фонендоскоп, придвинула к дивану стул и села.
– Ну что, Димочка? Давай, я тебя послушаю, – она внимательно осмотрела его, прослушала грудную клетку. – У тебя болит что-нибудь?
Дмитрий отрицательно мотнул головой.
– Софья Андреевна, ведь высокая температура это защитная реакция организма, правда? Значит где-то очаг воспаления? – озабоченно спросила Светлана.
– То, что температура защитная реакция, это точно, – задумчиво подтвердила врач, – но не всегда от болезни защищает.
– Как это? – искренне удивилась девушка.
– Расскажу вам, как с одной моей приятельницей из Подмосковья случилась однажды очень странная история. Летом, несколько лет назад, она отдыхала на Черном море, не помню уже на каком курорте, но это неважно. Шел последний день ее пребывания в пансионате. На следующий день она должна была лететь в гости к своей однокурснице на неделю в Киев. Билет на самолет она купила заранее. Соседки по комнате должны были проводить ее в аэропорт. Однако вечером у моей приятельницы неожиданно поднимается очень высокая температура, самочувствие, естественно, отвратительное. И самое главное, кроме температуры – никаких других симптомов. Лететь в гости, естественно, в таком состоянии было невозможно. И вот на следующее утро соседки едут провожать ее в аэропорт. Она сдает билет на Киев, берет билет до Москвы, где у нее живет дядя. Она решила отлежаться у него пару дней, а как только ей станет немного полегче, так сразу же на электричке доберется до дома. Пока она долетела до Москвы и добралась до дяди, то почувствовала себя уже почти сносно. Часа через два температура пришла в норму. Она звонит в Киев подруге, предупредить, чтоб ее не ждали. Когда на том конце провода ее однокурсница сняла трубку, моя приятельница услышала, как та чуть не рыдает. Оказывается, самолет, на котором моя приятельница должна была лететь, разбился, и все пассажиры погибли.
– Вот это да!
– Да, внезапно поднявшаяся температура спасла ей жизнь, – Софья Андреевна покачала головой.
– Наверное, это ангел-хранитель предупредил ее таким образом, – улыбнувшись, предположила Светлана.
– Возможно, – согласилась врач. – В жизни так много необъяснимого, хотя люди всегда пытаются все привести к каким-то стереотипам. Хорошо ребятки с вами, но мне пора. Вот тебе Димочка больничный, полежи денек, а там посмотрим. Если завтра-послезавтра все нормализуется, приходи, выпишу.
– Спасибо, Софья Андреевна.
– Выздоравливай.
– Я Вас провожу.
– Спасибо, Светочка.
– А ты поспи, – Светлана ласково подоткнула Диме одеяло и поцеловала его в горячий лоб.
Женщины вместе вышли в коридор. Света осторожно прикрыла за собой дверь.
Всю ночь Дмитрий стонал и метался в горячке. Однако, спал он чутко и слышал, как несколько раз к нему в комнату заглядывала Светлана. Он делал вид, что спит. Один раз она подошла к дивану и губами прикоснулась к его лбу. Он чувствовал, что лоб был горячий. Она разбудила его, встряхнув за плечо и молча, включив маленький ночник на стене, доставшийся Диме от бывших хозяев комнаты, дала ему таблетку от температуры, коротко прошептав при этом: «Температуру сбить надо. Не спишь ведь. Слышу из-за стены, как стонешь». После того, как Света вышла, он крепко уснул.
Утром он проснулся и, открыв глаза, несколько минут смотрел в потолок, по которому бегали солнечные блики от качавшегося на ветру за окном дерева. Самочувствие было вполне приличное, но раз есть больничный, можно хоть один день пофилонить и не ходить в редакцию. Дмитрию было непривычно и слегка стыдно, что он валяется в постели, хотя чувствует, что температура спала.
Он все еще не успел обдумать, как правильно вести себя со Светланой. У нее до конца августа отпуск и она, конечно, будет за ним ухаживать, пока он «болеет». С одной стороны это хорошо, а с другой… По натуре Дмитрий все-таки был человеком открытым и честным, и не в его характере было что-то скрывать, тем более от Светланы. Поэтому его ужасно тяготило молчание о том, что произошло с ним вчера на дороге и очень хотелось поделиться с нею своей тайной, но он все еще колебался.
Эта тайна была постыдной, и не потому, что он сбил человека, а потому, что сбежал. Однако надо же с кем-то разделить это невыносимое бремя: все равно он долго не выдержит и все ей расскажет. Так лучше сразу, чем еще какое-то время напрасно мучиться. Но как она отнесется к его поступку? Поймет его или осудит?
Дверь чуть-чуть приоткрылась, в комнату заглянула Света с пакетом в руках.
– Ты уже проснулся? – улыбнулась она.
– Заходи, – нарочито бодро ответил Дима и взглянул на часы, – уже одиннадцать?!
– Ну, как ты? Тебе лучше? Вот тебе посылка от твоих, – она прошла к столу, поставила на нее пакет, взяла градусник и, встряхнув его, снова как ребенку засунула его под мышку Дмитрию.
– Сейчас посмотрим, как твои дела, – она тихонько прикоснулась губами к его лбу, – вроде бы холодный. В редакцию я позвонила и предупредила, что ты болен. И не протестуй! Из-за одного-двух дней ничего с твоей редакцией не случится. Я тебе завтрак приготовила, сейчас принесу.
– Мне что-то не хочется, Свет. Ты не беспокойся.
– Еще чего. Вчера уснул практически голодный. Сейчас уже почти половина дня прошла. Так, давай градусник. Посмотрим… все замечательно, тридцать шесть и шесть. Давай вставай, сходи, умойся, а я сейчас принесу завтрак.
